История поисков · 2025

§28. Персональная пенсия — что за зверь такой?

Осенью 2025 года я вводила в ГИС УИАД ФИО родственников — одного за другим, без особой надежды. И по прадеду Захару вдруг нашлось «Дело персонального пенсионера СССР» в ГАРФ, в фонде Комиссии по установлению персональных пенсий при Совете Министров СССР.

Персональную пенсию в СССР назначали за особые заслуги перед государством, и получали её намного меньше людей, чем обычную пенсию по старости. Зато на каждого такого пенсионера заводилось отдельное дело, и хранится оно постоянно. С обычными пенсионными делами всё печальнее: их хранят ограниченный срок, а потом уничтожают.

Выдают дело только родственникам, поэтому архиву нужно было доказать родство целой цепочкой документов: моим, папиным и дедушкиным свидетельствами о рождении и другими. И знакомиться с ним можно только лично, в читальном зале в Москве. Поехать у меня возможности не было, поэтому я оформила доверенность на исследователя, который в этом архиве бывает. Если делать всё самой, хватило бы около 1300 рублей — это счёт архива за право сфотографировать дело. Через доверенное лицо вышло в пределах 7–8 тысяч, но это всё равно дешевле, чем самой ехать в Москву.

В конце ноября 2025 года копия дела наконец оказалась у меня в руках. Настоящее семейное сокровище! Самое ценное в нём — автобиография, написанная рукой прадеда. Есть в ней, к сожалению, и про ложное обвинение 1937 года: прадеда оклеветали, исключили из партии и осудили на 10 лет. Почти два года он провёл в Ухтпечлаге в Коми, в октябре 1939 года его освободили, и он прожил ещё больше сорока лет.

Кроме автобиографии, в деле нашлась копия свидетельства о браке с прабабушкой Клавдией — точной даты свадьбы я до этого не знала, теперь знаю: 3 марта 1932 года. Ещё там сведения о местах работы, заключение врачебной комиссии о здоровье и, из менее интересного, протоколы заседаний комиссии по установлению пенсии. Обычно фотографий в таких делах нет, но мне повезло — их там целых две!